Азбуки и комиксы
КУРТАГ-ФРАГМЕНТЫ
Ольга Алюшина
Алюшина Ольга Сергеевна – композитор, музыковед, автор кандидатской диссертации «Творчество Дьёрдя Куртага Опыт характеристики» (Московская государственная консерватория имени П. И. Чайковского, 2009). Доцент кафедры композиции научно-композиторского факультета, заместитель начальника учебного отдела Московской государственной консерватории имени П.И. Чайковского. Ведет курс лекций для музыковедов и композиторов на кафедре истории зарубежной музыки МГК по теме: «Музыкальная культура стран Восточной Европы XX-ХХІ веков». Член Союза композиторов России. Лауреат международных и всероссийских конкурсов композиторов.
Столетний юбилей Дьёрдя Куртага празднуется в этом году широко и с размахом. Тон задал стартовавший в начале февраля на родине композитора в Будапеште фестиваль Kurtág 100. Включающий в себя творческие вечера, мировые премьеры, мастер-классы и мультимедийные представления на ведущих площадках города форум презентовал, как заявлено в программе, «кристальные миниатюры Куртага — редко звучащие, заключающие в себе эмоциональные миры, перекликающиеся с замысловатыми линиями Баха, необузданной фолк-энергией Бартока и призрачным шёпотом Лигети».
В России творчеству ныне живущего венгерского мастера, сакрально относящегося к русской культуре, был посвящён целый ряд мероприятий, реализованных на различных площадках и представленных разнообразными коллективами и исполнителями.
Кроме того, Зальцбургский летний фестиваль уже опубликовал концертную программу, в которой заявлена серия концертов с музыкой Куртага.
В России творчеству ныне живущего венгерского мастера, сакрально относящегося к русской культуре, был посвящён целый ряд мероприятий, реализованных на различных площадках и представленных разнообразными коллективами и исполнителями.
Кроме того, Зальцбургский летний фестиваль уже опубликовал концертную программу, в которой заявлена серия концертов с музыкой Куртага.
Приведём хронологический обзор данных событий:
- 6–7 февраля: мастер-классы Дьёрдя Куртага в Большом зале Музыкальной академии имени Ференца Листа (Будапешт), посвящённые работе над оперой Die Stechardin;
- 6–7 февраля: концерты камерной музыки Куртага в Большом зале Академии имени Ференца Листа с участием Concerto Budapest и Ligeti Ensemble;
- 11 февраля: научно-популярный проект Центра современной музыки Московской консерватории Куртаг.doc (Конференц-зал МГК), включавший в себя показ документального фильма The Matchstick Man режиссёра Юдит Келе (1997), лекцию музыковеда Татьяны Цареградской «Дьёрдь Куртаг: просветитель, гуманист, композитор» и встречу с композитором Ольгой Алюшиной — автором диссертационного исследования «Творчество Дьёрдя Куртага. Опыт характеристики» (куратор проекта — музыковед Мария Невидимова);
- 11 февраля: концертная программа Студии новой музыки «Век Куртага» (Рахманиновский зал МГК), включавшая, помимо музыки юбиляра, сочинения Бартока и Лигети;
- 12 февраля: концерт в рамках абонемента «Моцарт 270 — Куртаг 100», где в исполнении учащихся фортепианного факультета Академии имени Ференца Листа прозвучала фортепианная музыка Моцарта и Куртага, в том числе избранное из цикла «Игры»;
- 15 февраля: открытие фестиваля Kurtág 100 в Будапештском музыкальном центре. Концерт из произведений Шуберта, Куртага и Баха в исполнении Миклоша Переньи (виолончель), Габора Чалога (фортепиано), Андраша Кеменеша (фортепиано);
- 16 февраля: концерт камерно-вокальной музыки в Будапештском музыкальном центре из произведений Шуберта и Куртага в исполнении Бенжамина Эппла (баритон) и Дэниэла Виллани (фортепиано);
- 17 февраля: концерт камерно-инструментальной музыки в Будапештском музыкальном центре из произведений Шуберта, Бетховена и Куртага в исполнении Пьера-Лорана Эмара (фортепиано), Денеша Варьона (фортепиано), Изабеллы Саймон (фортепиано) и Стивена Иссерлиса (виолончель);
- 19 февраля: гала-концерт в день рождения Куртага во Дворце искусств Müpa в Будапеште с участием пианиста Викингура Олафссона и оркестра Danubia Orchestra под управлением Маркуса Штенца;
- 19 февраля: премьера фильма «Вселенная Куртага» в день 100-летия композитора в Венгерском Доме музыки (Sound Dome). Отправной точкой для создания фильма стали абстрактные зарисовки настроения Куртага, неразрывно переплетённые с музыкальным материалом. Его основу составляет цикл Zwiegespräch, который композитор написал вместе с сыном Дьёрдем Куртагом-младшим;
- 19 февраля: открытие выставки «Знаки, игры, послания» в Музее истории музыки (ELTE-RCH). Выставка предлагает взглянуть на уникальный способ мышления Куртага с помощью его рукописей, графических эскизов и многочисленных фотографий;
- 20 февраля: лекции о музыке Куртага Симоны Хохмайер (Германия), Пола Гриффитса (Великобритания), Кароля Бергера (США) в Будапештском музыкальном центре; а также презентации, где издательство UMP Editio Musica Budapest представило XI том «Игр» Куртага и факсимильное издание K. M. hangjegy könyvetskéje («Музыкального буклета К.М.»), содержащее фортепианные пьесы (начиная с 1973 года), написанные специально «для Марты» (супруги композитора);
- 20 февраля: мировая премьера оперы Куртага Die Stechardin на тексты из записной книжки Георга Кристофа Лихтенберга в исполнении сопрано Марии Хусманн и Concerto Budapest под руководством Андраша Келлера, а также исполнение оркестровых сочинений Куртага в Концертном зале Белы Бартока;
- 21–23 февраля: концерты камерной музыки Куртага и Лигети в Будапештском музыкальном центре с участием Kelemen Quartet и молодых венгерских исполнителей;
- 21 февраля: музыковедческая конференция «Куртаг-перспективы I» в Будапештском музыкальном центре с участием венгерских и зарубежных музыковедов;
- 22 февраля: симпозиум музыкантов «Куртаг-перспективы II» в Будапештском музыкальном центре с участием исполнителей музыки Куртага;
- 24 февраля: концерт камерной музыки в Будапештском музыкальном центре, исполнение вокальных циклов Куртага на стихи Анны Ахматовой и Яноша Пилински в обрамлении музыки Штокхаузена, Ноно и Лигети;
- 25 февраля: концерт в Академии имени Ференца Листа с участием Хироми Кикучи (скрипка), Кена Хакии (альт) и Симфонического оркестра Венгерского радио;
- 25 февраля: концерт OpensoundOrchestra в ДК Рассвет (Москва) «Куртаг — 100», представивший музыку юбиляра в контексте творчества венгерских композиторов XX века, близких Куртагу и оказавших влияние на его творчество: Дьёрдя Лигети, Белы Бартока и Шандора Вереша;
- 26 февраля: концерт Sound Dome в Венгерском доме музыки, где сочинения Куртага в исполнении Modern Art Orchestra переосмысливаются через призму джаза и пространственные опусы композитора синхронизируются с проекцией рисунков тушью (с участием Лукаса Лигети и Дьёрдя Куртага-младшего);
- 27 февраля: концерт в Будапештском музыкальном центре, исполнение хорового цикла Куртага «Песни уныния и печали» на стихи русских поэтов (SWR Vokalensemble, UMZE Ensemble, дирижёр — Ювал Вайнберг);
- 28 февраля: торжественное закрытие фестиваля Kurtág 100 во Дворце искусств Müpa в Будапеште;
- 2 марта: концерт в Венгерском культурном центре / Институте Листа (Москва) к 100-летнему юбилею Куртага. Мероприятие организовано Российской академией имени Гнесиных, Московским музыкальным обществом и Венгерским культурным центром;
- 26 марта: концерт из сочинений Бартока, Стравинского и Куртага в исполнении Симфонического оркестра Венгерского радио под управлением Гергея Вайды в Музыкальной академии имени Ференца Листа (Будапешт);
- 3 апреля: лекция Ольги Алюшиной «Oggetto trovato Дьёрдя Куртага» в Доме Радио (Санкт-Петербург);
- 3 апреля: концерт musicAeterna в Петербургской филармонии, где под руководством Теодора Курентзиса вместе с «Немецким реквиемом» Брамса прозвучали «Песни уныния и печали» Куртага;
- 4 апреля: лекция Светланы Савенко «Дьёрдь. Как это по-русски» в Центре «Зотов» (Москва);
- 5–6 апреля: концерты musicAeterna в Большом зале Московской консерватории под руководством Теодора Курентзиса («Немецкий реквием» Брамса и «Песни уныния и печали» Куртага);
- 21 апреля: концерт-лекция композитора, музыковеда Ольги Алюшиной к 100-летию Дьёрдя Куртага в Доме-музее Марины Цветаевой «Люди — цветы» с участием Николая Манакова (фортепиано), студентов Московской консерватории и струнного квартета AD PARNASSUM;
- 13 мая: концерт-посвящение Куртагу студентов и преподавателей Академии имени Ференца Листа (в программе — камерная музыка композитора);
- 15 июня: Дягилевский фестиваль в Перми, хор и солисты оркестра musicAeterna под управлением Теодора Курентзиса исполнят «Песни уныния и печали» Куртага и Miserere Пярта в Доме музыки;
- 17 июля – 30 августа: Зальцбургский фестиваль, в программе которого ключевой линией концертной программы становится творчество Куртага
6 февраля Музыкальная академия имени Ференца Листа присвоила Куртагу звание почётного доктора в знак признания его вклада в современную музыку и за многолетнее сотрудничество с учебным заведением. Сами же праздничные мероприятия начались с показа во Дворце искусств (Müpa) документального фильма Kurtág Fragments режиссёра Денеша Надя, повествующего, по словам создателя, «о мучительном процессе творчества, сомнениях, горе, одиночестве в старости, а также о личных и профессиональных трудностях композитора». В двухчасовой фильм вошло избранное из 300 часов отснятого материала бесед с Куртагом, проведённых в течение четырёх лет.
В продолжение идеи фильма Kurtág Fragments с помощью знаков вербального письма попробуем расшифровать музыкальный код композитора и создать свою версию «Куртаг-фрагментов».
В продолжение идеи фильма Kurtág Fragments с помощью знаков вербального письма попробуем расшифровать музыкальный код композитора и создать свою версию «Куртаг-фрагментов».
К.У.Р.Т.А.Г. — музыкальный код Дьёрдя Куртага
К — Композитор-философ
Куртаг создает собственную вселенную, в которой музыка становится способом высказывания. Партитуры композитора — зашифрованные послания, разгадать которые возможно, погрузившись в глубинные смыслы его сочинений.
«Моя жизнь — это создание музыки, а события биографии — произведения»
У — Уникальный авторский почерк
Узнаваемый с первых тактов стиль Куртага строится на предельном лаконизме высказывания — наиболее насыщенное содержание должно быть сформулировано наименьшим количеством звуков.
«Я придерживаюсь мысли о том, что одна нота — это почти достаточно… Взяв за основу что-то одно простое, можно сделать музыку почти из ничего»
Р — Революция тишины
Разрушая стереотипы и создавая культ тишины, Куртаг смело работает с паузами как с важным строительным материалом своих партитур. В его произведениях молчание становится полноправным участником музыкальной драматургии, носителем невысказанных смыслов.
«Разные события, происшествия, даже банальные вещи вызывают внутренний отклик, который мне удаётся перевести на язык музыки легче, чем на язык слов»
Т — Трагическое измерение музыки
Творчество венгерского мастера, где органично сплелись венгерские национальные традиции и веяния современной академической музыки, наполнено экзистенциональной эстетикой хрупкости и «осколочности» жизни, безграничности и беззащитности человеческой личности.
«Прежде чем найти свой путь, мы должны умереть шесть раз. В молодости мы верим, что сможем изменить мир и свою собственную жизнь»
А — Аскетизм выражения
Афористичность — главный принцип Куртага. Он доводит идею «меньше — значит больше» до совершенства, создавая произведения, где каждый звук весомее целой фразы.
«Каждая отдельно взятая нота имеет смысл. И исполнитель должен понимать это»
Г — Гений малых форм
Главные шедевры столетнего композитора написаны в жанре циклических миниатюр, состоящих из большого количества очень маленьких частей, звучащих порой лишь несколько секунд. В таких циклах, как правило, сложно найти кульминацию, так как все части равноценны.
«Что значит быть счастливым? Я не могу в действительности чувствовать себя счастливым, если не работаю, даже когда я знаю, что это не лучшая моя пьеса… С музыкой я знаю счастье»
К — Композитор-философ
Куртаг создает собственную вселенную, в которой музыка становится способом высказывания. Партитуры композитора — зашифрованные послания, разгадать которые возможно, погрузившись в глубинные смыслы его сочинений.
«Моя жизнь — это создание музыки, а события биографии — произведения»
У — Уникальный авторский почерк
Узнаваемый с первых тактов стиль Куртага строится на предельном лаконизме высказывания — наиболее насыщенное содержание должно быть сформулировано наименьшим количеством звуков.
«Я придерживаюсь мысли о том, что одна нота — это почти достаточно… Взяв за основу что-то одно простое, можно сделать музыку почти из ничего»
Р — Революция тишины
Разрушая стереотипы и создавая культ тишины, Куртаг смело работает с паузами как с важным строительным материалом своих партитур. В его произведениях молчание становится полноправным участником музыкальной драматургии, носителем невысказанных смыслов.
«Разные события, происшествия, даже банальные вещи вызывают внутренний отклик, который мне удаётся перевести на язык музыки легче, чем на язык слов»
Т — Трагическое измерение музыки
Творчество венгерского мастера, где органично сплелись венгерские национальные традиции и веяния современной академической музыки, наполнено экзистенциональной эстетикой хрупкости и «осколочности» жизни, безграничности и беззащитности человеческой личности.
«Прежде чем найти свой путь, мы должны умереть шесть раз. В молодости мы верим, что сможем изменить мир и свою собственную жизнь»
А — Аскетизм выражения
Афористичность — главный принцип Куртага. Он доводит идею «меньше — значит больше» до совершенства, создавая произведения, где каждый звук весомее целой фразы.
«Каждая отдельно взятая нота имеет смысл. И исполнитель должен понимать это»
Г — Гений малых форм
Главные шедевры столетнего композитора написаны в жанре циклических миниатюр, состоящих из большого количества очень маленьких частей, звучащих порой лишь несколько секунд. В таких циклах, как правило, сложно найти кульминацию, так как все части равноценны.
«Что значит быть счастливым? Я не могу в действительности чувствовать себя счастливым, если не работаю, даже когда я знаю, что это не лучшая моя пьеса… С музыкой я знаю счастье»
33 — Кардинально меняет свой стиль, обозначая опусом 1 Струнный квартет (1959), завершённый в Будапеште после годичного обучения в Париже у Дариуса Мийо и Оливье Мессиана и терапии арт-психолога Марианне Штейн.
55 — Успех и мировое признание после премьеры вокального цикла «Послания покойной Р.В. Трусовой» (1981) на стихи русской поэтессы Риммы Далош (заказ ансамбля Intercontemporain, работавшего под руководством Пьера Булеза).
77 — Результатом многолетней работы с большими составами и идеей пространственной музыки становится …concertante… (2003) для скрипки, альта и симфонического оркестра — сочинение, удостоенное престижной международной премии Гравемейера в номинации «Музыкальная композиция».
99 — Творческий расцвет и итог исканий в опере Die Stechardin (2025) на тексты Георга Кристофа Лихтенберга. Это сочинение Куртаг посвятил памяти своей супруги Марты Куртаг, которая была его музой и творческой соратницей. В конце партитуры значится надпись: «Марте. Я иду. Я иду к тебе».
22 — Академия Листа в Будапеште, которую Куртаг оканчивает сначала как пианист, а затем как композитор. Получение венгерского гражданства (1948). До этого — Лугож (Румыния, Трансильвания), где Куртаг родился, и Тимишоара (Румыния, Трансильвания), где прошли школьные годы композитора.
66 — Годы странствий. В качестве приглашённого композитора и педагога Куртаг переезжает сначала в Германию и Австрию, затем — в Нидерланды и Францию. После смерти жены Марты перебирается обратно в Венгрию. Сейчас живет в Будапештском музыкальном центре (BMC) на улице Дьёрдя Лигети, по пятницам преподает в альма-матер и продолжает творить…
«Я сочиняю, чтобы найти истину»
55 — Успех и мировое признание после премьеры вокального цикла «Послания покойной Р.В. Трусовой» (1981) на стихи русской поэтессы Риммы Далош (заказ ансамбля Intercontemporain, работавшего под руководством Пьера Булеза).
77 — Результатом многолетней работы с большими составами и идеей пространственной музыки становится …concertante… (2003) для скрипки, альта и симфонического оркестра — сочинение, удостоенное престижной международной премии Гравемейера в номинации «Музыкальная композиция».
99 — Творческий расцвет и итог исканий в опере Die Stechardin (2025) на тексты Георга Кристофа Лихтенберга. Это сочинение Куртаг посвятил памяти своей супруги Марты Куртаг, которая была его музой и творческой соратницей. В конце партитуры значится надпись: «Марте. Я иду. Я иду к тебе».
22 — Академия Листа в Будапеште, которую Куртаг оканчивает сначала как пианист, а затем как композитор. Получение венгерского гражданства (1948). До этого — Лугож (Румыния, Трансильвания), где Куртаг родился, и Тимишоара (Румыния, Трансильвания), где прошли школьные годы композитора.
66 — Годы странствий. В качестве приглашённого композитора и педагога Куртаг переезжает сначала в Германию и Австрию, затем — в Нидерланды и Францию. После смерти жены Марты перебирается обратно в Венгрию. Сейчас живет в Будапештском музыкальном центре (BMC) на улице Дьёрдя Лигети, по пятницам преподает в альма-матер и продолжает творить…
«Я сочиняю, чтобы найти истину»
В творческом багаже венгерского мастера — 50 опусных и 18 безопусных композиций.
Самая короткая пьеса Куртага — «Люди — цветы» — состоит из 7 диатонических нот. Она является motto самого масштабного произведения композитора «Игры» (Játékok) для фортепиано (1973 – work in progress), состоящего на сегодняшний день из 11 томов и содержащего более 400 произведений, и до сих пор пополняющегося новыми сочинениями.
Самая протяжённая работа Куртага — опера «Конец игры» (Endspiel, 2018) на тексты ирландского писателя-абсурдиста Сэмюэла Беккета — длится более 2 часов и создавалась на протяжении 7 лет. В основе сюжета — жизнь 4 персонажей (Негг, Нелл, Хамм и Клов), проживающих свои дни в ожидании смерти.
Самый большой вокальный цикл композитора — «Кафка-фрагменты» для сопрано и скрипки ор. 24 (1985-1987) на тексты из афоризмов и дневниковых записей Франца Кафки — длится почти 1 час и состоит из 40 фрагментов, объединённых в 4 части общей темой поиска истинного пути.
Самая краткая инструментальная циклическая композиция мастера — 12 микролюдий для струнного квартета Hommage à Mihály András ор. 13 (1977–1978), посвящение венгерскому дирижёру Михаю Андрашу (другу и коллеге Куртага) — длится 9 минут и состоит из 12 частей. Продолжительность самой короткой части составляет 10 секунд.
Самое долгое по времени написания произведение композитора — хоровой опус «Песни уныния и печали» ор. 18 (1980–1994) — создавалось на протяжении 14 лет. В основе 6-частного цикла — стихи Михаила Лермонтова, Александра Блока, Сергея Есенина, Осипа Мандельштама, Анны Ахматовой и Марины Цветаевой, написанные в период с 1840 по 1941 годы, который сам Куртаг назвал «100-летием уныния и печали в русской культуре».
Самое масштабное по количеству привлечённых композиторов сочинение с участием Куртага — «Реквием примирения» (1995), созданное к 50-летию окончания Второй мировой войны. В проекте были задействованы 14 композиторов: Лучано Берио, Фридрих Церха, Марк-Андре Дальбави, Пауль-Хайнц Диттрих, Джон Харбисон, Марек Копелент, Арне Нурхейм, Кшиштоф Пендерецкий, Бернард Рэндс, Вольфганг Рим, Альфред Шнитке, Джудит Уир, Дзёдзи Юаса и Дьёрдь Куртаг, который написал «Эпилог» — последнюю, 14-ю часть.
«Есть цель, но нет пути к ней. То, что мы называем дорогой, есть сомнение. Жизнь так коротка для сомнений, тем более в музыке…»
Самая короткая пьеса Куртага — «Люди — цветы» — состоит из 7 диатонических нот. Она является motto самого масштабного произведения композитора «Игры» (Játékok) для фортепиано (1973 – work in progress), состоящего на сегодняшний день из 11 томов и содержащего более 400 произведений, и до сих пор пополняющегося новыми сочинениями.
Самая протяжённая работа Куртага — опера «Конец игры» (Endspiel, 2018) на тексты ирландского писателя-абсурдиста Сэмюэла Беккета — длится более 2 часов и создавалась на протяжении 7 лет. В основе сюжета — жизнь 4 персонажей (Негг, Нелл, Хамм и Клов), проживающих свои дни в ожидании смерти.
Самый большой вокальный цикл композитора — «Кафка-фрагменты» для сопрано и скрипки ор. 24 (1985-1987) на тексты из афоризмов и дневниковых записей Франца Кафки — длится почти 1 час и состоит из 40 фрагментов, объединённых в 4 части общей темой поиска истинного пути.
Самая краткая инструментальная циклическая композиция мастера — 12 микролюдий для струнного квартета Hommage à Mihály András ор. 13 (1977–1978), посвящение венгерскому дирижёру Михаю Андрашу (другу и коллеге Куртага) — длится 9 минут и состоит из 12 частей. Продолжительность самой короткой части составляет 10 секунд.
Самое долгое по времени написания произведение композитора — хоровой опус «Песни уныния и печали» ор. 18 (1980–1994) — создавалось на протяжении 14 лет. В основе 6-частного цикла — стихи Михаила Лермонтова, Александра Блока, Сергея Есенина, Осипа Мандельштама, Анны Ахматовой и Марины Цветаевой, написанные в период с 1840 по 1941 годы, который сам Куртаг назвал «100-летием уныния и печали в русской культуре».
Самое масштабное по количеству привлечённых композиторов сочинение с участием Куртага — «Реквием примирения» (1995), созданное к 50-летию окончания Второй мировой войны. В проекте были задействованы 14 композиторов: Лучано Берио, Фридрих Церха, Марк-Андре Дальбави, Пауль-Хайнц Диттрих, Джон Харбисон, Марек Копелент, Арне Нурхейм, Кшиштоф Пендерецкий, Бернард Рэндс, Вольфганг Рим, Альфред Шнитке, Джудит Уир, Дзёдзи Юаса и Дьёрдь Куртаг, который написал «Эпилог» — последнюю, 14-ю часть.
«Есть цель, но нет пути к ней. То, что мы называем дорогой, есть сомнение. Жизнь так коротка для сомнений, тем более в музыке…»
К — Камерность звучания ранних и зрелых опусов для различных составов
У — Ускользающая красота пьес на венгерские народные мелодии
Р — Русская поэзия в вокальных и хоровых циклах
Т — Тончайшая проработка оркестровой ткани
А — Аллюзии на стиль других авторов
Г — Глубина простоты материала
У — Ускользающая красота пьес на венгерские народные мелодии
Р — Русская поэзия в вокальных и хоровых циклах
Т — Тончайшая проработка оркестровой ткани
А — Аллюзии на стиль других авторов
Г — Глубина простоты материала
К — Контрастное сопоставление частей
У — Уникальность идеи циклов с открытой формой
Р — Радикальный минимализм в выборе средств выражения
Т — Творческие эксперименты с пространством в поздних опусах
А — Авторские ремарки и ёмкие метафоры как способ раскрытия замысла
Г — Глобальное влияние творчества на современную академическую музыку
У — Уникальность идеи циклов с открытой формой
Р — Радикальный минимализм в выборе средств выражения
Т — Творческие эксперименты с пространством в поздних опусах
А — Авторские ремарки и ёмкие метафоры как способ раскрытия замысла
Г — Глобальное влияние творчества на современную академическую музыку
К — Кристаллы звука
У — Узоры молчания
Р — Реки смыслов
Т — Тени мелодий
А — Архипелаги пауз
Г — Гравюры знаков
У — Узоры молчания
Р — Реки смыслов
Т — Тени мелодий
А — Архипелаги пауз
Г — Гравюры знаков
Фелдман – 100
Даня Фисько́
Композитор, комиксист, видеохудожник; работает в жанре автобиографического видео-арта и маргинально-поэтизированной академической музыки, а также как иллюстратор для выставок, журналов об академической музыке и обложек синглов рок-групп.
В 2017 году поступил в МГК им. П. И. Чайковского в класс В. Г. Тарнопольского, но вскоре (в 2019 году) был отчислен за неуспеваемость и попытку взбунтоваться против образовательной системы, и после нескольких лет бестолковых странствий по Санкт-Петербургу поступил заново; в настоящий момент работает органистом в крематориях Москвы и является студентом МГК в классе Ольги Евгеньевны Бочихиной.
Относительно традиции находится на пересечении абстрактного экспрессионизма (музыка Мортона Фелдмана, живопись Марка Ротко) и последующих течений, вступающих с ним в спор (живопись Филипа Гастона и Фрэнсиса Бэкона, литература Чарльза Буковски).
Основная тематика и объект творческого исследования — травматическое, звериное, сакральное в ракурсе автобиографии.
В 2017 году поступил в МГК им. П. И. Чайковского в класс В. Г. Тарнопольского, но вскоре (в 2019 году) был отчислен за неуспеваемость и попытку взбунтоваться против образовательной системы, и после нескольких лет бестолковых странствий по Санкт-Петербургу поступил заново; в настоящий момент работает органистом в крематориях Москвы и является студентом МГК в классе Ольги Евгеньевны Бочихиной.
Относительно традиции находится на пересечении абстрактного экспрессионизма (музыка Мортона Фелдмана, живопись Марка Ротко) и последующих течений, вступающих с ним в спор (живопись Филипа Гастона и Фрэнсиса Бэкона, литература Чарльза Буковски).
Основная тематика и объект творческого исследования — травматическое, звериное, сакральное в ракурсе автобиографии.
Специально для альманаха «Время слышать/Слышать время» композитор и художник Даня Фисько создал несколько иллюстраций к книге Мортона Фелдмана «Привет Восьмой улице». Вышедший в 2019 году в издательстве Jaromír Hladík press русский перевод сборника актуализируется сегодня, в год столетия композитора. Художник подчеркивает: дата – лишь формальный повод для частичной публикации иллюстраций, многие из которых мы увидим в течение следующих лет.
МФ, Ф. Гастон, Д. Кейдж прогуливаются возле Ист-Ривер.
1. Мортон Фелдман относится к Нью-Йоркской школе, которая сформировалась к 50-м годам прошлого века. В интернете легко можно найти фотографию, где запечатлены некоторые из её участников: Крисчен Вулф, Эрл Браун, Джон Кейдж, Дэвид Тюдор и сам Фелдман. Хочется пофантазировать. Допустим, эту фотографию сделала художница Соня Секула. Фелдман относился к ней с большой теплотой и называл её звездой немого кино .
Я задерживаюсь на воспоминаниях о том, как жил Джон, потому что именно в этой комнате я нашёл такое понимание и столь оригинальную поддержку, с какими прежде не сталкивался. Здесь же я встретил Филипа Гастона, который затем стал моим ближайшим другом и без которого моя жизнь в искусстве была бы совершенно иной.
Она [Соня Секула — прим. автора] дополняла собой этот мир, эту череду персонажей Хемингуэя; она была очень одарённой, эта перчинка, придававшая особую остроту всей сцене.
Я задерживаюсь на воспоминаниях о том, как жил Джон, потому что именно в этой комнате я нашёл такое понимание и столь оригинальную поддержку, с какими прежде не сталкивался. Здесь же я встретил Филипа Гастона, который затем стал моим ближайшим другом и без которого моя жизнь в искусстве была бы совершенно иной.
Она [Соня Секула — прим. автора] дополняла собой этот мир, эту череду персонажей Хемингуэя; она была очень одарённой, эта перчинка, придававшая особую остроту всей сцене.
За кадром знаменитой фотографии: Соня Секула, Д. Кейдж, Дэвид Тюдор, МФ.
2. Джон Кейдж и Филип Гастон были ближайшими друзьями Фелдмана. Мортон рассказывал очаровательную историю об их совместной прогулке над проливом Ист-Ривер, когда на восторженный возглас Кейджа «Посмотри на чаек! Боже, как они свободны!» Фелдман ответил: «Они совсем не свободны — постоянно в поисках пищи».
В этом [также] — основное различие между Кейджем и Гастоном. Кейдж видит результат, но игнорирует его причину. Гастон, одержимый исключительно причинностью, разрушает результат. Оба они правы. Мы прекрасно дополняем друг друга. Кейдж глух, я глуп, Гастон слеп.
В этом [также] — основное различие между Кейджем и Гастоном. Кейдж видит результат, но игнорирует его причину. Гастон, одержимый исключительно причинностью, разрушает результат. Оба они правы. Мы прекрасно дополняем друг друга. Кейдж глух, я глуп, Гастон слеп.
П. Булез и МФ сидят в «Кедре» (если не ошибаюсь, в день его закрытия). Кедр, кстати, так и выглядел.
3. Филип Гастон, художник с трагической судьбой, долгое время работал как абстрактный экспрессионист. К этому же стилю принято относить и самого Фелдмана. Оба творца друг друга подпитывали и поддерживали, пока их дружба не встретилась с непреодолимым препятствием — полным разрывом Гастона с прежним художественным методом.
Как-то мы с Гастоном договорились вместе поужинать. Он был моим ближайшим другом и в жизни, и в искусстве. Мы должны были встретиться с ним в его студии. Когда я пришёл, он рисовал и не хотел уходить.
Как-то мы с Гастоном договорились вместе поужинать. Он был моим ближайшим другом и в жизни, и в искусстве. Мы должны были встретиться с ним в его студии. Когда я пришёл, он рисовал и не хотел уходить.
МФ за роялем из фабрики Steinway на стуле Universal подбирает ручку, которой будет писать (эстетический практицизм).
4. Я проснулся через час или около того. Он всё ещё рисовал, почти залез на холст, ушёл в него, стоя слишком близко к нему, чтобы действительно видеть его — единственную реальность, дарованную ему природным чувством его материала.
Картины Гастона изобилуют нервными, экспрессивными, но настойчивыми густыми мазками. Фелдман увидел, как в какой-то момент художник потерялся в собственной работе. Он отпрянул от холста и спросил себя: «Где я?»
Картины Гастона изобилуют нервными, экспрессивными, но настойчивыми густыми мазками. Фелдман увидел, как в какой-то момент художник потерялся в собственной работе. Он отпрянул от холста и спросил себя: «Где я?»
Миникомикс о том, как МФ заходит в гости к Филипу Гастону. Там, где он спит, отсылка на картину Гастона и сам художник, будто с его же картины.
5. Бар «Кедр» теперь имеет историческое значение, поскольку именно там Мортон Фелдман и встречался со своими друзьями по перу чаще всего. К сожалению, бар уже не получится посетить. Как бы ни было иронично, и в то же время печально, последний день его существования композитор провёл с одним из своих главных эстетических оппонентов, Пьером Булезом.
Мы с Пьером Булезом покинули встречу довольно поздно и пошли в бар «Кедр». Мы были последними посетителями. В прямом смысле последними: здание собирались сносить. Мы разговаривали об американской литературе, совсем немного о музыке. В баре не было ни одного знакомого: привычная компания уже перестала ходить туда. Почему-то мне казалось неправильным, что этот вечер я провожу с Булезом. Он — воплощение всего, чем искусство быть не должно.
Мы с Пьером Булезом покинули встречу довольно поздно и пошли в бар «Кедр». Мы были последними посетителями. В прямом смысле последними: здание собирались сносить. Мы разговаривали об американской литературе, совсем немного о музыке. В баре не было ни одного знакомого: привычная компания уже перестала ходить туда. Почему-то мне казалось неправильным, что этот вечер я провожу с Булезом. Он — воплощение всего, чем искусство быть не должно.
Миникомикс о том, как МФ заходит в гости к Филипу Гастону. Там, где он спит, отсылка на картину Гастона и сам художник, будто с его же картины.
6. В детстве Фелдман учился музыке у мадам Мавриной-Пресс. Композитор описывает её как «непрофессионала со всеми способностями и блеском “профи”». Этот её «дилетантизм» остался, по словам Фелдмана, с ним навсегда. Однако втайне ему хотелось стать настоящим профессионалом и избавиться от этого «мечтательного отношения к музыке».
Я понял, что стану профессионалом, в тот день, когда впервые проявил практичность. Практичность приобрела форму аккуратного переписывания своей музыки, поддержания чистоты и порядка на столе — всех мелочей, которые, казалось бы, не связаны с работой, но каким-то образом на неё влияют. В течение нескольких лет, прошедших с той поры, я всегда находил более целесообразным экспериментировать с перьевыми ручками, а не с музыкальными идеями. Помню, какое-то время у меня была idée fixe, что стоит мне подобрать правильный стул для работы и любые композиционные проблемы исчезнут сами собой.
Я понял, что стану профессионалом, в тот день, когда впервые проявил практичность. Практичность приобрела форму аккуратного переписывания своей музыки, поддержания чистоты и порядка на столе — всех мелочей, которые, казалось бы, не связаны с работой, но каким-то образом на неё влияют. В течение нескольких лет, прошедших с той поры, я всегда находил более целесообразным экспериментировать с перьевыми ручками, а не с музыкальными идеями. Помню, какое-то время у меня была idée fixe, что стоит мне подобрать правильный стул для работы и любые композиционные проблемы исчезнут сами собой.